Тарле, Александр Давидович

Материал из Витебская энциклопедии
Версия от 20:39, 19 июля 2019; Резонёр (обсуждение | вклад)

(разн.) ← Предыдущая | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Перейти к: навигация, поиск

Александр Давидович Тарле (1888, Николаев - 21 апреля 1938[1], Архангельск) — советский деятель, меньшевик.

Биография

Еврей. Образование высшее. Призван в армию из Москвы. В 1917 году служил в Витебске в военной ремонтной команде. В середине марта 1917 года был организован Совет солдатских депутатов, А. Тарле был избран его председателем.
До этого, 8 марта в Витебске был создан Совет рабочих депутатов, председатель бундовец Григорий Аронсон. Оба Совета слились в один, однако общий президиум, подобно тому как это было в Петрограде и Москве, не был создан вплоть до Октябрьской революции.
Летом 1917 года Тарле был смещен с поста председателя Совета[2].

12—14 ноября 1917 года в Витебском избирательном округе проходили выборы в Учредительное собрание. А. Тарле («помощник присяжного поверенного, образование высшее») был в кандидатском списке РСДРП (меньшевиков) и «Бунда». Кроме того он был членом Витебской окружной избирательной комиссии[3].

11 декабря 1917 года Витебская городская дума создала Комиссию по борьбе с безработицей. Ей поручалось «организовать общественные работы, так, чтобы они не носили благотворительного характера». Предлагалось использовать запасы старого обмундирования со складов Городского продовольственного комитета и тыловые военные мастерские. 2 января 1918 года Городская Дума была разогнана большевиками, но в отличии от остальных комиссий, Комиссию по борьбе с безработицей не распустили, т.к. она к этому времени смогла организовать эффективную работу. Организация стала называться Комитет по борьбе с безработицей. С декабря 1917 года председателем правления был А. Тарле.

В 1918 году выяснилось, что основным соперником большиков в витебских профсоюзах и Советах является еврейская социалистическая партия Бунд. Летом 1918 года витебские власти перешли от экономических санкций, реквизиций, обысков к арестам политических противников.

Григорий Аронсон На заре красного террора Берлин 1929:

Еще беспокоили чеку настроения рабочих, которые в Витебске в массе находились под влиянием меньшевистско-эсеровского блока.
Совершенно непонятным образом здесь сохранился маленький островок демократической общественности, Комитет по борьбе с безработицей, избираемый профессиональными союзами и возглавляемый меньшевиками и эсерами. Он впоследствии вырос в большую организацию, охватившую до 14 крупных предприятий и тысячи рабочих, и ставшую активным соперником Губсовнархозу. Вот этот Комитет, бывший подспорьем меньшевиков и эсеров, и поддерживал антибольшевистские настроения в рабочей среде. К тому же он предоставлял помещение под Биржу Труда, под Совет профсоюзов, под клуб имени Карла Маркса.

На следующий день привели в Чека к нам третьего товарища, А. Д. Т. Он тоже видная персона в Витебске. В революционном прошлом он председатель совета солдатских депутатов и сейчас председатель того комитета по борьбе с безработицей, о котором я выше сообщил. А. Т., как всегда, спокойный и ровный, с усмешкой рассказывал, как его заманили в ловушку. Ему позвонили, что Исполком приглашает его на заседание по поводу нашего ареста. Он пошел туда и по дороге был перехвачен Чекой


В июле А. Тарле был арестован и отправлен в Москву, как «работник партии Бунд». Обвинение — «по политическим мотивам». Президиум ВЧК приговорил его к «помещению в концентрационный лагерь в качестве заложника без указания срока наказания».
16 августа за расклейку листовок «Бунда», в которых выражался протест против гонений на социалистов, был расстрелян 22-летний приказчик бундовец Смушкин. Об этом расстреле, как показетельном наказании и предупреждению остальным, было напечатано в витебских «Известиях» и в «Еженедельнике ВЧК»[4].

С конца октября 1918 года гонения на деятелей РСДРП (и «Бунда» как ее части) прекратились. Возможно это было косвенно связано с начинавшейся революцией в Германии. Из московских тюрем были выпущены и витебские социалисты Аронсон, Гинзбург, Тарле и Каранкин, из них последние трое вернулись в Витебск (Витебский Листок. 1918. 31 окт.; 2 нояб.)
В деле А. Тарле значилось: «28.10.18 Постановлением Президиума ВЧК освобожден на поруки Всероссийского Совета Профессиональных Союзов».

В 1934 году А. Тарле, проживающий в Орле заведующий планово-экономическим сектором Орловского Многопромсоюза приговорен к 3 годам ИТЛ.
14 апреля 1937 года А. Тарле арестован в Архангельске и приговорен к расстрелу.

Семья

Жены - Тарле Александра Ивановна, Богорад Елена Яковлевна (зубной врач Центральной поли­клиники водников в Архангельске, вместе с ней расстреляли и её брата)

Примечания

  1. или 5 марта
  2. Аронсон. Революционная юность. С. 153
  3. Выборы в Учредительное собрание на территории северо-западных губерний
  4. Увидав в клубе свеженапечатанные листки, Смушкин сейчас же предложил свои услуги расклеить их по городу. Его отговаривали: как бы чего не вышло! Чека на чеку, и агенты шныряют по улицам. Можно ограничиться распространением на фабриках и в мастерских... Но Смушкин был молод, не проходил искуса подпольной работы, и риск и новизна соблазняли его. Было 12 часов ночи, когда он, захватив с собой рабочего Зубарева, вышли на улицы и занялись расклейкой прокламаций. Так как листок был напечатан по обе стороны, то приходилось клеить рядом на стене два экземпляра, что требовало больше времени и задерживало их на одном месте. За этой работой они были замечены в центре города какими-то большевистскими солдатами, вооруженными винтовками, и отвезены прямо в Чеку. Там, по-видимому, стосковались по добыче. Кругом все чекисты и солдаты были пьяным пьяны. Они даже толком не расспросили об имени арестованных контрреволюционеров. Под дождь грубых издевок их бросили в какую-то камеру, где они сидели час-другой, третий, пока пьяный ареопаг решал их судьбу. В 4 часа ночи их вывели из помещения Чеки и повели вверх по улице. Была туманная, влажная ночь. Стояла промозглая сырость. Бежать было невозможно: их окружал большой конвой во главе с комендантом Чеки. И совсем недалеко, в самом центре города, в ста шагах от Чеки их привели в Духовской овраг, в низменный и глухой, заросший бурьяном пустырь, где и совершили над ними кровавую расправу. Смушкин упал сразу, пораженный пулей в сердце. Зубарев неожиданно для своих палачей бросился бежать. Пьяные чекисты в мраке стреляли ему вслед и пулей раздробили ему челюсть. Но обезумевшему от боли и ужаса Зубареву удалось спасти свою жизнь и скрыться под сенью мрака, что не помешало Чеке скрыть факт его побега с Голгофы и даже цинично напечатать о казни двух, а не одного.
    Смушкин был приказчик, пролетарий, выходец из бедной еврейской семьи. Ему было всего 22 года. До революции он был среди «сочувствующих». С начала революции он вошел в Бунд и был готов взять на себя в партии и в профессиональном союзе самую черную, неблагодарную работу. Вся его внешность и бледное, широкое лицо в очках чрезвычайно ясно отражали черты его внутреннего мира, скромность, готовность отдать себя, искренность. Не только как жертва кровавой трагедии, как человек, он оставил по себе светлую память. Год спустя после его смерти профессиональный союз и Бунд отметили этот день, чем могли. Правда, номер журнала, выпущенного союзом в память Смушкина, был конфискован. Журнал был закрыт навсегда, а редактор его, человек, отбывший десятилетнюю каторгу при царском режиме, должен был долго скрываться от ареста.
    Аронсон. На заре красного террора: Берлин, 1929. С.32—33

Источники

  • Аркадий Зельцер Евреи советской провинции: Витебск и местечки. 1917–1941 М.: РОССПЭН, 2006. – 476 с.
  • Григорий Аронсон Революционная юность. Воспоминания. 1903—1917. Нью-Йорк, 1961.
  • Григорий Аронсон На заре красного террора Берлин 1929

Ссылки