Константин Павлович

Материал из Витебская энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Великий князь Константи́н Па́влович (27 апреля (8 мая) 1779, Царское Село — 15 (27) июня 1831, Витебск) — российский цесаревич, второй сын Павла I. Наместник Царства Польского в 1815—1830 годах. На протяжении 25 дней, с 19 ноября (1 декабря) по 13 (25) декабря 1825 года, официально считался Императором и Самодержцем Всероссийским Константином I.

Биография

Был на полтора года младше своего брата Александра (Император Всероссийский Александр I 1801 — 1825) и на 17 лет старше брата Николая (Император Всероссийский Николай I 1825 — 1855).

Участвовал в войнах с Наполеоном. (15 (7) июля 1812 года «из Витебска главнокомандующий дал поручение великому князю Константину Павловичу отправиться в Москву к государю»[1]. Причиной был публичный конфликт с М. Б. Барклаем-де-Толли. До декабря 1812 года Константин был вынужден находиться вне армии.).

Переезд в Варшаву

С 1814 года Константин Павлович, оставаясь генерал-инспектором всей кавалерии, стал Главнокомандующим польской армии, точнее, всеми армиями и корпусами, размещенными на территории Польши. В Царстве Польском были улучшены крепости, армия была реорганизована. Эта армия, образованная исключительно из польских уроженцев, содержалась на средства Царства Польского и могла быть употреблена для защиты своей родины только в пределах Польши.
На Венском конгрессе в 1815 году российская часть Польши была объявлена Царством Польским, которое получило конституцию, сейм, независимые польские суды, армию, чеканило свою монету. Наместник Царства Польского был доверенным лицом Константина Павловича[2].
Под управлением Константина была своя отдельная армия, был свой двор в Варшаве, фактически он был польским королем.
В 1820 году Константин официально развёлся с первой женой, Анной Фёдоровной, дочерью Франца Фридриха Антона, герцога Саксен-Кобург-Заальфельдского и женился на незнатной польке графине Жанетте Антоновне Грудзинской (польск. Joanna Grudzińska). После свадьбы Александр I предоставил Грудзинской во владение княжество Лович (księstwo łowickie) и она получила титул княгини Лович[3].

Междуцарствие 1825 года

19 ноября (1 декабря) 1825 года в Таганроге в возрасте 47 лет неожиданно умер бездетный император Александр I.
27 ноября (9 декабря) в день получения известий о кончине Николай Павлович первым принёс присягу Константину и приказал привести к присяге высших гражданских и военных чиновников. 30 ноября (12 декабря) присяга была проведена в Москве. Несмотря на это против воцарения Константина были петербугские Романовы: мать вдова Павла I Мария Федоровна, Николай и Михаил.

13 (25) декабря на вечернем чрезвычайном заседании Государственного Совета Николай Павлович объявил о своем вступлении (с 19 ноября (1 декабря) 1825 г. — дня смерти Александра I) на престол. Присяга была назначена на 14 (26) декабря. Это означало, что никакого императора Константина I и присяги ему не было.
14 (26) декабря в 7 часов утра в Зимнем дворце одновременно с сенаторами присягу Николаю I принесли генералы и старшие гвардейские командиры, а позже — и члены Государственного совета.
В Москве присягу приняли 18 декабря.
Константин приехал в Москву только на официальную коронацию Николая I в августе 1826 года и вернулся в Варшаву сразу по завершении торжеств[4].

Царствие Николая I

В 1826 году Константин был провозглашен наместником Царства Польского.
Гарантом мира между братьями была мать, но Мария Федоровна умерла в 1828 году.
Во время русской-турецкой войны 1828—1829 годов Николай I требовал выдвинуть польские войска в Турцию, но, цесаревич ему отказал. Несмотря на это Россия нанесла Османской империи поражение.
Николай стал усиливать своё влияние в Польше. Сразу после окончания траура по матери, в мае 1829 года Николай I короновался в Варшаве и де-юре стал польским королём. Коронация прошла в католическом соборе и корону Николай принял из рук главы местной католической церкви.

Польское восстание 1830—1831

В ответ на усиление влияния Николая I в Польском царстве стали нарастать антироссийские настроения, начались требования присоединения литовских земель под лозунгом к возврату границ Речи Посполитой[5].
В ноябре 1830 года началось[6] Польское восстание. Фактически Константин Павлович играл в нём ключевую роль. Его демонстративное бездействие фактически означало отказ от противодействию восстанию. На убийство верных королю польских генералов (включая военного министра) прореагировал тем, что вывел все русские полки из Варшавы.

Константин повторял: «Я не хочу участвовать в этой польской драке», но фактически все его действия были в пользу восставших.
Он письменно приказал своим польским частям перейти на сторону восстания[7].
Он обязался не призывать к для подавления восстания войска Литовского корпуса и сам во главе русских войск покинул территорию Царства Польского, сдав крепости Модлин и Замостье[8].

В письмах к Николаю I он оправдывал поляков, сваливал всю вину на кучку озлобленных бунтовщиков и просил о снисходительности к польской нации. Император отвечал своему старшему брату очень любезно, полностью извиняя Константина, но высказывал весьма решительные намерения.

В конце января 1831 года русские войска генерал-фельдмаршала И. И. Дибича вошли в Царство Польское. Уже через две недели 13 февраля 1831 года в сражение при Грохове войска повстанцев были наголову разбиты. На следующий день Дибич был у Праги (предместья Варшавы), которое было не защищено, а польские войска деморализованы. Считается, что Константин Павлович убедил Дибича не спешить, чтобы избежать братоубийственной бойни. Из-за этой задержки война затянулась еще на 7 месяцев). Убедившись, что русские войска отступили на зимние квартиры, Константин уехал в Белосток к жене.

Император перешел к жестким действиям, он воспротивился возвращению Константина в армию, ссылаясь на то, что неудобно цесаревичу занимать столь незначительную должность[9]. Командовать русскими войсками он послал графа И. Ф. Паскевича[10], а к Дибичу был направлен генерал-адъютант граф А. Ф. Орлов (дипломат, с 1844 глава отделения политического сыска), чтобы тот подал в отставку. Дибич сказал «Я сделаю это завтра», но назавтра в 11 утра 29 мая 1831 он неожиданно умер[11]. По официальной версии от необычной и очень скоротечной формы холеры. Генералу-фельдмаршалу было 46 лет. Он так и не получил письмо Николая, которое заканчивалось фразой: «Прощайте, любезный друг, поступите же, наконец, таким образом, чтобы я мог понять вас!»

Витебск

Через 4 дня после смерти Дибича 3 (15) июня 1831 года в среду, в 7 часов пополудни Константин Павлович прибыл в Витебск.

Маркс, М. Записки старика:

занял верхний этаж генерал-губернаторского дома. Свита была очень немногочисленна: придворный врач его Кучковский с лакеем, один майор польских войск и два так называемых черкеса, а собственно кубанские линейцы - унтер-офицер и рядовой. В Витебске встретила князя депеша Государя императора, который, уезжая в Москву, предписывал ему остановиться на пути в Петербург до своего возвращения


Сохранились записи вице-адмирала П. А. Колзакова[12], который с 1811 года был при Константине Павловиче, вначале адьютантом, потом в свите.

14 июня, в воскресенье, ... возвратившись из церкви, был весел и рассказывал окружавшим его лицам много подробностей о восстании в Варшаве. Обедал он в этот день у генерал-губернатора князя Хованского и, приехав от него домой, немного отдохнул, а после отправился с княгинею кататься по городу в городских дрожках[13]. Возвратясь домой, он встретился у подъезда с Колзаковым, генералом Феньшау и адъютантом Трембицким. Закурив сигару, он начал разговаривать с ними на улице. Вечер был свежий, и потому княгиня, боясь, что он может простудиться, звала его в комнаты, но он не пошел и, закурив другую сигару, продолжал разговаривать у подъезда. Колзаков заметил ему, что становится холодно и пора домой.
-- Вот какой вздор! -- возразил цесаревич и снова завел весело свои рассказы. В 11 часов он лег спать в комнате с отворенным окном, закрывшись только простыней. Лежа в постели, он читал и в 12 часов ночи, позвав камердинера, приказал ему закрыть окно. Около 4 часов утра с ним сделалась холерина. Позвали доктора Калиша, который, со своей стороны, поспешил пригласить доктора Гюменталя, выписанного в Витебск для княгини Лович. Врачебные средства, однако, не помогали и вскоре холерина перешла в холеру: у Константина Павловича начали проявляться легкие судороги и тошнота; судороги постепенно усилились до такой степени, что он уже кричал от боли. Вместе с тем открылась часто повторявшаяся рвота и он так ослабел, что с ним сделался обморок. В 7 часов вечера княгиня послала за священником; при приходе его у цесаревича сделалась сильная рвота изо рта и из носа. Священник стал читать молитвы, и цесаревич, тяжело вздохнув раза два, скончался в 7 с четвертью часов вечера 15 июня 1831 года.

Когда цесаревича не стало, -- пишет Колзаков, -- то княгиня в каком-то оцепенении опустилась на колени у его постели; через четверть часа я упросил ее отойти в свои комнаты и отдохнуть.

Из письма[14]:

потребовал себе священника. Послали за двумя: за протоиереем Ремезовым и духовником княжеским. Ремезов, живущий от квартиры княжеской очень близко, явился минут через десять. Проходит одну и другую комнату, нет никого. В третьей встречает его генерал и объявляет ему, для чего он был зван. Ремезов отвечает, что не знает причины зова и ничего нужного с собою не взял. Едва успел он выговорить сии слова, подбегает другой генерал и извещает, что в[еликий] князь уже скончался. Как пораженные громом, стояли они несколько минут среди комнаты, не двигаясь с места и не говоря друг другу ни слова. Наконец, первый из генералов говорит Ремезову: не угодно ли, батюшка, посмотреть великого князя. Ремезов входит в кабинет и видит княгиню мятущуюся, то падающую на грудь умершему, то целующую его руки, то закрывающую ему глаза. Тут же явился и духовник, старец почтенный.


За 15 часов здоровый человек умер. По официальной версии от очень скоротечной и заразной формы холеры, при этом никто из ближайшего окружения не заболел.

Из манифеста императора Николая I 27 июня:

Любезнейший брат наш, цесаревич и великий князь Константин Павлович, пораженный заразительною болезнью, в Витебске свирепствовавшею, после сильных, но скоротечных страданий, скончался от холеры в пятнадцатый день сего месяца.

В 8' /г часов утра на следующий день после кончины цесаревича, то есть 16 июня, доктора окончили составление журнала об его болезни, а затем, когда был приготовлен деревянный гроб, обитый листовою медью, приступили к бальзамированию. Тело было положено в этот гроб, а сердце и внутренности в особые ящики, залитые воском. Покойный был одет в генерал-адъютантский мундир. Прощаясь навеки с супругом, княгиня Лович обрезала свои роскошные светло-русые волосы и положила их в гроб под голову усопшего...
Гроб был поставлен в соборе и запечатан двумя печатями: великого князя и генерал-губернатора.

Из письма[14]:

Княгине предлагали другую квартиру, но она пренебрегла опасностями, которыми ей угрожали; живет в прежней, и, благодаря Бога, с ней всё благополучно.
Бедность, окружавшая гроб [в соборе] в первые дни, заменена богатым покровом, присланным из Петербурга, на котором лежат ордена покойного, и другими хорошими вещами, искупленными в Могилеве и Москве.

Только через месяц, 16 июля тело было вынесено из собора и отправлено с подобающей церемонией в Петербург.

Маркс, М. Записки старика:

Поход двинулся из собора через площадь по Смоленской улице к заставе. Общий трезвон во всех церквях и пушечные выстрелы, последующие чрез каждую полминуту <...> Духовенство впереди шло православное, затем католическое разных орденов, а в конце униатское — базилиане и приходские священники. Улицы и площади были оцеплены с обеих сторон рядами солдат. Весь город был на ногах, и толпа народа тянулась за гробом по крайней мере на расстоянии полуверсты. За Смоленской заставой поход остановился, балдахин был снят с гроба, гроб покрыт толстой непромокаемою тканью и впряжены в воз почтовые лошади. <...> Через дня три уехала в Петербург и вдова великого князя.

С 31 июля до 13 августа гроб с телом держали в Гатчине.

В Петербурге публика, против существующего обыкновения, не была допускаема в Петропавловский собор для поклонения усопшему великому князю и императорская фамилия не присутствовала на совершавшихся по нем панихидах. Предосторожности в этом случае были доведены до того, что тело цесаревича было провезено мимо Царского Села окольною дорогою.
17 августа происходило погребение цесаревича. Об исполнении этого обряда не было помещено в тогдашних петербургских газетах ни церемониала и никакого описания, и только в "Русском Инвалиде" встречается коротенькое известие о том, какие в этот день находились в крепости строевые войска.

Княгиня Лович

Княгиню Лович поселили в Царское Село, несмотря на то, что она порывалась ехать в Петербург[15]. 17 ноября 1831 года, в первую годовщину варшавского восстания и через три месяца после похорон Константина, она скончалась.
По официальной версии 36 летняя женщина умерла от «усталости».
Погребена в Царском Селе. «Там против Александровского парка, между Московской и Колпинской улицами есть костёл»[16]. Похороны были очень скромными. Император Николай отдал распоряжение, чтобы на них присутствовал тринадцатилетний наследник престола, будущий император Александр II.
Детей у Жанетты не было.

Галерея

Примечания

  1. Записки генерала Ермолова, начальника Главного штаба 1-й Западной армии, в Отечественную войну 1812 года
  2. вследствие ряда указов 1820-1822 гг. цесаревич сосредоточил в своих руках высшую власть в Королевстве - большую, чем та, которой обладал официальный наместник кн. Ю. Зайончек. О. С. Каштанова Великий князь Константин Павлович (1779—1831 гг.) в политической жизни и общественном мнении России
  3. Поскольку до 1820 г. в российском законодательстве не существовало понятия морганатического брака в отношении членов императорской фамилии, великий князь, очевидно, не предполагал, что его жена, не принадлежа к царствующим или владетельным домам Европы, и ее дети не будут иметь статуса представителей правящей династии. Как поведал сам Константин в позднейшем разговоре с графиней З. Замойской, требование Александра, чтобы брак цесаревича с Жаннетой Грудзинской был признан неравным, неприятно его поразило. Заключая данный брак, ни Константин Павлович, ни Жаннета не оставляли надежды на то, что в недалеком будущем Грудзинская получит статус великой княгини.О. С. Каштанова Великий князь Константин Павлович (1779—1831 гг.) в политической жизни и общественном мнении России
  4. По мнению некоторых историков, Константин не считал свое последнее отречение окончательным и рассматривал его только в связи с предоставлением ему высшей власти в Польше и Литве как равноценной компенсации за отказ от прав на престол. Однако присяга Николая Константину после смерти Александра, спровоцировавшая огласку документов, касавшихся отречения цесаревича, сильно скомпрометировала Константина в качестве императора, и он вынужден был уступить престол Николаю безо всяких условий
  5. «Пока я существую, – писал он Константину Павловичу, – я ни коим образом не могу допустить, чтобы идеи о присоединении Литвы к Польше могли быть поощряемы.»
  6. Непосредственным поводом к его началу была Бельгийская революция, которую поддерживали Франция и Англия и для подавления которой Николай I собирался послать войска, в том числе и Польскую армию
  7. Позже Константин объяснял это желанием избавить их от позора самовольного перехода к бунтовщикам.
  8. Во время отъезда из Польши, встречая польских солдат, спешивших присоединиться к восставшей армии, он приказывал им построиться, производил мелочный осмотр и рекомендовал не забывать его добрых советов, повторяя беспрестанно:
    — Это мои дети; ведь это я обучал их военным приемам.
    Офицерам он говорил:
    — Я более поляк, чем все вы. Я женат на польке. Я так долго говорил на вашем языке, что с трудом изъясняюсь теперь по-русски.
    ...Позже, когда начались военные действия, Константин Павлович при виде того, как польские уланы отбросили русскую кавалерию, не удержался и захлопал в ладоши:
    — Браво, дети мои! Польские солдаты — первые солдаты в мире!
  9. «Это предосудительно. И с вашим характером, и с тем, кем вы были для меня, и кем все еще остаётесь.»Н. К. Шильдер. Император Николай Первый, его жизнь и царствование
  10. 24 апреля 1831 года Паскевичу пришел приказ прибыть в Санкт-Петербург, куда он и приехал 8 мая Ставропольский хронограф
  11. Утром, обращаясь к графу Орлову, Дибич, между прочим, сказал: "сообщите Его Величеству все, что вы видели; скажите ему, что я охотно умираю, потому что я честно исполнил возложенные на меня обязанности, и был, наконец, так счастлив, что запечатлел своею смертью верность моему Государю" Русский биографический словарь А. А. Половцова.
  12. Павел Андреевич Колзаков (18 июля 1779 — 1 сентября 1864) — адмирал, генерал-адъютант
  13. По воспоминаниям М. Маркса он навещал прибывшую в Витебск партию польских офицеров, которых поместили за городом в жандармские казармы. «Часов в 10 вечера я встретил его на Офицерской улице, которую он возвращался домой.»
  14. 1 2 ГА РФ. Ф. 1055. Оп. 1. Е. х. 30.
  15. Перевезти её в город, куда она несколько раз собиралась, было невозможно за совершенным изнеможением сил её. Воспоминания графини А. Д. Блудовой // Русский архив. — 1878. — N 11.- С. 350
  16. С.Н. Шубинский Исторические очерки и рассказы. СПб.: Тип. М. Хана, 1869.

Источники